Владимир Краснослободцев (mingitau) wrote,
Владимир Краснослободцев
mingitau

Category:
  • Music:

О социальной сегрегации в Москве

Благобаря kostaki прочитал статью Ольги Вендиной "В теории мы все против социальной сегрегации, а на практике — наоборот" в газете "Известия".
Автор поднимает очень тревожную тему - нарастающую сегрегацию жителей Москвы, отражающуюся как в сознании - в нежелании общаться в неподобных себе, так и на облике города. Он быстро покрывается закрытых для неизбранных зон. Гуляя в прошлое воскресенье по Москве я был неприятно удивлен насколько выросло число "закрытых зон". Многие новые здания, заслуживающие хоть как-то внимания с точки зрения архитектурных достоинств оказываются именно на территории этих гетто и их приходится рассматривать из-за большого забора. ОК, я не москвич и не имея прописки в этом городе не могу претендовать, на то, чтобы меня пускали в каждый двор, но мне кажется коренным жителям должно быть обидно, почему вдруг часть их города стала для них недоступна!!!

Наиболее любопытные выдержки из статьи О. Вендиной привожу здесь

Средний класс сам скоро сбежит из центра

Сегодня Москва уже плохо справляется с нынешним своим населением. Кроме того, дневное население города заметно "давит" на ночное. К примеру, постоянное население центра Москвы — 570 тысяч, к которым добавляется еще тысяч сто, живущих в гостиницах, общежитиях, у родственников. А дневное население превышает 3 млн. Это те, кто работает и развлекается в центре, ходит в гости и по магазинам, застревает здесь в автомобильных пробках и т.д. Весь сервис — кафе, магазины, парикмахерские — ориентирован на дневное население, огромную массу людей с деньгами. А у значительной части ночного населения (примерно половина) этих денег нет, им эта инфраструктура не доступна. Вроде бы это их район, а здесь все не для них, люди начинают чувствовать себя ущемленными. Возникают комплексы, стремление уехать из центра, где слишком высокие стрессы. Выдавливаться в первую очередь будет наиболее мобильная и активная часть населения — средний класс и молодежь, а наиболее пассивная и бедная останется на своих местах. Следствие — рост имущественных и социальных контрастов.

Мне кажется реалистичным такой прогноз: Москва со временем — это дело не одного года — начнет "выворачиваться наизнанку". То есть в столице будет живая, деловая, населенная периферия и довольно пустой центр. Вслед за людьми будет уходить сервис и малый бизнес. В хорошую школу нужно будет возить ребенка теперь не в центр, а на окраину. Загородный особняк как место жизни победит московскую квартиру. Банки и офисы крупных компаний тоже потянутся на окраины: там меньше пробок, ближе к местам жизни олигархов. Описанный сценарий вполне реалистичен, именно так развиваются американские города. А кто сказал, что нам ближе европейский путь?

Сегрегация по доходам и месту жительства: за и против

Каждый из нас, кого ни спроси, даже если на словах мы против социальной сегрегации, хочет иметь хороших соседей и чтобы его ребенок дружил с "нормальными" детьми и ходил в "нормальную" школу. В теории мы все против социальной сегрегации, а на практике — мы все ее сторонники, потому что это один из нормальных механизмов развития общества. Люди хотят жить в однородной социальной среде. Но с одним "но". Необходимо понимать, что, в каком бы благополучном маленьком мирке мы ни жили, как бы заботливо ни огораживали его от других высоким забором, социализация все равно происходит в городском пространстве, через общение — и с городской средой, и с людьми. Московская идентичность всегда формировалась в московских дворах и на московских улицах. Сегодня мы наблюдаем процесс "приватизации" городского пространства. Дело не в том, что возникает собственник, а в том, что исчезает городской репер, кусок городской жизни. Я могу представить себе чувство привязанности человека к конкретному уголку города, потому что он там вырос, но вряд ли что-то подобное можно испытывать к торговым центрам, даже если мы там каждый день совершаем покупки, или к прогулкам среди заборов и охранников.

Бедные собственники

У Москвы есть еще одна совершенно экзотическая проблема, связанная с рынком жилья: в городе имеется гигантский отряд бедных собственников — почти 70% населения. Люди обладают значительной собственностью в виде квартир, но нести реальную ответственность за свою собственность (содержать, платить налоги) могут менее трети.

Причем "бедные" собственники не только с трудом поддерживают свою собственность, но и не в состоянии защитить ее. Сегодня у нас защищается только собственность богатых, да и то не всегда. Меня, например, очень беспокоит проект Четвертого транспортного кольца. Его целесообразность для меня неочевидна. Мне кажется, его главная задача — разгрузить Третье транспортное кольцо, особенно в районе Краснопресненской набережной. Иначе не ясно, как в "Москва-Сити" будут заезжать 20 тысяч машин белых воротничков. Но и эту проблему новое кольцо не решит, однако пройдет оно по самым лучшим жилым районам московского запада и юго-запада, соответственно цена квартир бедных собственников — впрочем, как и не бедных — упадет. И никто их интересы не отстаивает. Скажем, интересы "ДОН-Строя" найдется кому лоббировать, а у человека, чья квартира сильно подешевеет, оттого что у него на уровне окна пройдет Четвертое транспортное кольцо, защитников нет. Хотя это та собственность, что держит людей на плаву, которой они могут воспользоваться, чтобы решить свои проблемы. Это своего рода капитал социальной стабильности в обществе.

Мы, москвичи, — большие конформисты

Когда обсуждаются социальные аспекты жизни города, население рассматривается чаще всего как жертва неправомерных действий власти. Этот стереотип существует и в СМИ, и в общественном мнении. Не буду спорить, но хотелось бы обратить внимание, что москвичи в значительной степени несут ответственность за те проблемы, которые мы сегодня имеем в Москве. У нас с вами почти отсутствует чувство гражданственности, понимание общих интересов, да и свои собственные интересы люди часто не осознают и не формулируют. Главным стал принцип "сделай для меня, но без меня".

Когда исчезла гражданственность? Я считаю, что ее и не было. В советское время, да простят меня москвичи, нас объединяла "прописка", своего рода сословная привилегия, дававшая доступ к социальным благам, недоступным в других частях страны. Когда рухнула советская власть, рухнуло и ощущение особости Москвы. Но оно быстро восстановилось. Однако если раньше главным был культурный капитал, то новым критерием избранности стали деньги: "В этом городе, если ты не получаешь несколько тысяч долларов в месяц, тебе нечего делать". Но в отличие от культуры деньги не объединяют, а разъединяют людей.

Другая сторона пороков общественного сознания — чрезмерное преувеличение роли денег и частной собственности, представление о том, что с их помощью можно решить все проблемы. Скажем, если у земли нет конкретного землевладельца, то здесь непременно будет пустырь, заброшенное поле. Но это не так. Я, например, очень рада, что на приватизацию московских дворов наложили вето: не уверена, что ТСЖ, которые окажутся владельцами этих территорий, распорядятся ими в общих интересах. Сознание в нашем обществе чрезвычайно меркантильное, к пониманию общих дел граждане приходят чаще всего одним путем: если бьет рублем лично меня, тогда я понимаю и участвую, а когда не бьет, я стараюсь, чтобы этот рубль за меня заплатил сосед. Всегда найдется кто-то, кто заплатит этот рубль и узурпирует общественное право. Но никакие общие интересы не могут сформироваться, когда торжествует "индивидуальная стратегия" — положи кому-то в карман деньги и решишь любую нерешаемую проблему. Потеря моральных ориентиров в российской столице — в сравнении со всей страной — достигла своих крайних масштабов. Сама политическая культура москвичей — это культура конформизма, а самые сильные угрозы для столицы — социальные.

полный текст - http://www.izvestia.ru/moscow/article3108053/
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments